Дмитрий вскочил, уронив ложку в тарелку с супом. Его мать, Галина Петровна, спокойно разливала чай, игнорируя шок своего сына.
— Не кричи, Митя. Я вижу, что происходит, — произнесла она, не проявляя сомнений. — Она тебя приворожила. Я знаю бабку — она поможет.
— Какую бабку? Мам, ты вообще понимаешь, что говоришь? — в недоумении переспросил Дмитрий.
— Слышу прекрасно, — ответила она, отпивая чай и сдвигая его на стол. — Красавицы вроде твоей Лены на простых парней просто так не западают. Тут, явно, что-то нечистое.
Семейные споры и ненужные волнения
Дмитрий, уставший после работы, лишь хотел помочь матери с краном, а теперь его терзали разговоры о приворотах.
— Мы счастливы, мама! Четыре года вместе — это много, — воскликнул он, желая прекратить обсуждение.
— Вот именно, — торжествующе подняла палец Галина Петровна. — Четыре года без ссор?! В нормальных семьях это невозможно!
После острого обсуждения Дмитрий собрался уходить, но у дверей услышал всхлипывание матери. Ее хрупкие плечи тряслись от слез, заставляя его остановиться.
— Ладно, — наконец, сдался он. — Только один раз. Больше никаких разговоров о привороте.
Визит к бабе Шуре
В субботу мать надела свой лучший костюм и настояла на том, чтобы Дмитрий тоже выглядел прилично. Они отправились к бабе Шуре, которая, по мнению Галины Петровны, могла помочь. Дом оказался обычным, с подозрительно зловещей атмосферой.
Баба Шура, довольная гостями, предложила Дмитрию присесть, и началось странное таинство. Она обошла его, произнося неразборчивые слова, и наконец заявила, что приворот действительно имеется. Сумма, которую она озвучила, только подтвердила, что речь идет о попытке вытянуть деньги.
— Да, мам, и что теперь нам делать? — хмуро ответил Дмитрий, понимая, что дело принимает странный поворот.
В тот же вечер Лена ждет его с улыбкой, но быстро меняет выражение лица, выслушивая его рассказ.
— Что, всерьез, твоя мама думает, что я колдунья? — срываясь на слезы, спросила она. — Я пыталась наладить с ней отношения!
Принятие и понимание
Лена решила сама поговорить с Галины Петровной. Первой ее реакцией был шок, но в ходе разговора с психологом она поняла, что страх о том, что сын уйдет, глубоко внутри нее.
— Я просто боялась, что он меня забудет, — призналась Галина Петровна, расплакалась, и разговор пошел в другом ключе.
Спустя время собравшись за столом, обе женщины обсуждали побрякушка и новые шторы, и Галина Петровна с улыбкой произнесла, что больше не верит в привороты.
Семья вновь обрела гармонию, а осень, разгораясь, обещала долгие вечера без подозрений и ненужных страхов.
