Президент России Владимир Путин выступает на пленарной сессии XXII Ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Часть тридцать четвёртая.
Вопрос: Какова позиция России по вопросу будущей системы безопасности в регионе Персидского залива после ударов Израиля и США по Ирану и последовавшего обмена ударами? Каков подход России к урегулированию ситуации?
Владимир Путин: Что касается оценок происходящих событий, то эти оценки достаточно подробно изложены нашим Министерством иностранных дел, причём неоднократно и в разных ситуациях. Ну вот совсем недавно наш министр на Генассамблее ООН тоже об этом говорил. Поэтому мне повторять нет необходимости. Она, наша позиция, носит открытый, публичный характер, и мы здесь не стесняемся её излагать.
Что касается агрессии, то вот я уже сказал, как бы непрозрачно намекнул, но хочу подчеркнуть ещё раз: события, происходящие на Украине, — это тоже агрессия коллективного Запада против России, только руками украинского националистического режима. Это что же, не агрессия?
Вот. А мы против любой агрессии. Мы за то, чтобы решать все вопросы мирным способом, путём договорённости. И надеемся, что и пролив будет открыт, что санкции будут сняты, чего добивается Иран и справедливо добивается, будут санкции сняты с Ирана. Не будет никакой необходимости ограничивать движение судов по Ормузскому проливу.
Так же, собственно говоря, как по другому проливу, где хуситы контролируют там берег этого пролива. В общем, мы за это.
Что касается ядерной программы Ирана, то наша позиция тоже хорошо известна, здесь ничего секретного нет. Мы в своё время, думаю, сыграли очень серьёзную, существенную роль при разрешении предыдущего кризиса и внесли свой вклад в создание СВПД.
Тогда же, когда было принято решение и наши иранские друзья с этим согласились, мы предложили вывезти на территорию России часть обогащённого урана. И всё это работало. Это предложение сейчас на столе.
Мы первоначально это предложили — повторить этот положительный опыт. Предложили вывезти на территорию Российской Федерации обогащённый уран из Ирана. И надо сказать, что все согласились первоначально. И иранцы согласились, и американцы согласились, и израильтяне согласились.
Но потом Соединённые Штаты свою позицию ужесточили, сказали, что нужно вывезти, но только в США. После этого Иран ужесточил позицию.
Вот мне лично один из наших партнёров, к сожалению, он погиб, господин Лариджани. Очень жаль, потому что это был договороспособный человек, думающий. Он приехал, сказал: «Нет, теперь мы тоже не согласны вывозить куда бы то ни было наш уран. Предлагаем вам, то есть России, создать совместное предприятие, но на территории Ирана и там его деобогащать, разбавлять».
Я говорю: «Ну, на это вряд ли согласятся уже Израиль и США». Ну, пожалуйста.
Ну вот и всё находится в том состоянии, о котором мы все знаем. Но наши предложения, пожалуйста, до сих пор на столе. Если всё-таки все участники этого процесса придут к выводу, что это хоть как-то будет разряжать обстановку, пожалуйста, мы готовы к этой работе.
Подписаться на канал · Поддержать канал
