Провела несколько дней в Дивеево, поэтому в канале была мало. Люблю здесь наблюдать за людьми. С ними тут всегда что-то происходит, и, конечно, со мной. Что-то незаметное, маленькое, но и большое. Словами такое никогда не расскажешь. Здесь время - другое, старое. Еще то, когда здесь ходил батюшка Серафим, и когда он начал копать канавку. Еще когда приезжали сюда царь с царицей спрашивать у стариц о рождении наследника. А одна старца Паша им сказала - "Революция будет", и царица, заплакав, не поверила. И когда... тут много разных когда, но такого ощущения времени лично для меня больше нигде нет. На службах я люблю разглядывать лица. Оказывается, сохранились старые русские лица из сказок, из летописей. Встречаются старики с белыми бородами и длинными волосами, заложенными за уши. Много женщин средних лет, по грубым лицам которых видно, что жизнь не была к ним ласковой, а они все равно в душе сохранили теплый огонек, из которого потом родился или ещё родится огонь веры. Много разных людей. Не только добрых, не только верующих. Такие места всегда притягивают разных.
Вчера вечером проходила мимо канавки. Уже темно было, мороз ударил сильнее, тишина звенела, а один крепкий мужчина в красной куртке все пытался шагнуть на канавку. Днём здесь можно встретить крестный ход с матушкой игуменьей во главе. Он тут пойдет, что бы ни случилось, и потом ещё обойдет весь монастырь. Хоть шторм, хоть буря, хоть гроза, монахини не остановятся. В прошлый приезд я шла за ними, они молились о Победе. Этого никто не сообщал, но как-то это было понятно само собой. Если повезёт, можно попасть под благословение матушки-игуменьи. Это - пожилая монахиня с ясными голубыми глазами, которую, по секрету, монахини зовут прозорливой. Если повезёт ещё больше, можно встать под ее благословение. А если повезёт с ней поговорить, она может вам просто сказать, как бабушка внучке - "Послушай, а для Бога нет ничего невозможного. Ты увидишь и сама поразишься. Ну ничего невозможного нет. Ты только живи правильно. Если люди будут жить правильно, и Победа будет, и войны не будет". Если у матушки-игуменьи в этот момент в руках не будет иконы, она сложит их на груди, чтобы показать, как жить правильно - отдать себя в руки Бога. Очень красноречивый жест в ее исполнении.
Наверное, многие приезжают сюда, чтобы найти тут импульс к правильной жизни. Чувствуют, что потребительство - это не то. Не то, что несёт конечное счастье. Но если люди здесь всё-таки ничего не чувствуют, они все равно заполняются другим временем.
Вечером можно перекинуться парой слов с монахинями. Они скажут - "Да что мы о мире знаем? Мы только молимся. За Россию и, конечно, за Путина. Потому что вы только представьте, если по телевизору с 8 марта вас поздравит другой человек. Что будет с этой страной, если вдруг поздравит не Путин?". И перекрестятся. Наверное, Путин - стилистически лишний в моем рассказе, но это - пересказ. Ещё они скажут, что тут много чудес. Не таких прямо - чудес. А просто чудес. И батюшка Серафим тут. Сестры запросто к нему по разным вопросам обращаются, да он же и был простым монахом.
Сегодня погода была солнечной, и с канавки открывались ясные виды на белые храмы, золотые купола, вокруг которых искрилось небо. Вспомнила наивную литературу из хрестоматий - зима переходит в весну, и на этом стыке в небе как будто отражается Царствие Небесное. И как, глядя на такие виды, нашему человеку, ещё тому, который клал белые волосы за уши, не поверить в то, что после тяжёлой жизни будет отдых? Вот такие виды, купола, золотые искры в небе, наверное, и помогали нашему человеку сохранить тот огонек, который в некоторых разгорался истовой верой. Но даже сам огонек, наверное, и был попыткой жить правильно?
Так, глядя с канавки, размышляешь себе, представляешь, как из Дивеево выходят люди, пытающиеся жить правильно, и разъезжаются по городам России. И уже не покажется чудом, если встретишь где-нибудь на белых дорожках батюшку с посохом. А тот человек в красной куртке вчера очень тяжело переступал черту, и пошел по канавке какой-то другой, изломанной походкой. Но все-таки пошел.
