В НовГУ рассказали, чем сказка про курочку Рябу не угодила цензорам
Доцент кафедры начального, дошкольного образования и социального управления Новгородского Государственного Университета Ольга Тимонина рассказала, почему народная сказка «Курочка Ряба» показалась неугодной цензорам царской и советской эпохи.
Об этом стало известно из доклада, который прозвучал на недавно прошедшем научно-практическом семинаре «Народное искусство и этнопедагогика Новгородской земли: этнокультурный компонент общего и дополнительного образования Северо-Запада России». Его организаторами стали Региональный институт профессионального развития, Педагогический институт НовГУ и учебно-исследовательская лаборатория по народному и декоративно-прикладному искусству.
Как отметила эксперт, в годы революции 1917 года сказки, как сокровенный кладезь исторической мудрости народа, не забыли. Но их полностью переосмыслили, приспособив под задачи социализма. Владимир Ленин считал, что «только тот удержит власть, кто верит в народ, кто окунется в родник живого народного творчества».
«Советская власть тщательно подходила к выбору фольклорных произведений для воспитания революционной активности детей. Но не всегда всё проходило гладко. Острейшие дискуссии в 1920-е годы вызвала сказка «Курочка Ряба». Комиссия при Главсоцвосе включила её в список одобренной литературы, но Деткомиссия при Государственном Ученом Совете резко выступила против. Выяснилось, что в брутальных народных вариантах после того, как яичко разбилось, начиналось светопреставление, погибал поп, который рвал все книги и сжигал церковь. В самых «мягких» вариантах по избе проходил ураган силой девять баллов», — объяснила Ольга Тимонина.
По словам преподавателя, в фольклорном сюжете царская цензура усмотрела памфлет на династию Романовых с их любовью к продукции Фаберже, а советская — угрозу атеизму и мистицизм.
